Глава 1. Утро обычного дня
Проснувшись, увидел, как Ленка нежно гладит меня по спине, словно кошка. Я не сумел не заметить, что на часах уже 6:47.
— Дим, — произнесла она тихим голосом, — ты вчера такую симфонию храпа устроил.
— Это не храп, — попытался возразить я.
— Храпел, как трактор! Я трижды тебя толкала, — с улыбкой ответила она.
Я повернулся к ней. На подушке рядом виднелся её телефон, на котором оставалось лишь 14% заряда — она всегда считала, что спать с телефоном вредно для психики.
В последнее время, однако, правила изменились.
— Слушай, — зевнула она, — ты сегодня раньше с работы? Может, сходим в кино?
— А как же фитнес? — спросил я, заинтересовавшись.
— Отменю, — ответила Ленка. — Соскучилась по тебе.
Улыбнулся. Мы были вместе уже восемь лет, познакомились на дне рождения общей знакомой. Ленка тогда работала администратором в салоне красоты, а я начинал свою карьеру водителем скорой помощи. С тех пор многое изменилось: она стала мастером маникюра, а я выучился на фельдшера. Обычная жизнь, ипотека на двушку, кот Боря и планы завести ребенка.
— Давай на девять, — согласился я.
Поднявшись утром, направился на кухню за чаем. В этот момент телефон Ленки вновь зажужжал, прервав тишину.
Я выглянул из кухни. Ленка сидела на кровати, наклонившись над телефоном, и быстро печатала.
— Кому ты пишешь в такую рань? — спросил я.
— Маринке, — не поднимая головы, ответила она. — У неё там проблемы с парнем.
Маринка — её лучшая подруга, знакомая мне с тех пор, как она появилась в жизни Ленки. Я знал, что у неё предпринимались еженедельные кризисы, от потери денег до болезни мамы.
Я кивнул и вернулся к чаю, сейчас же понимая, что тот момент мог стать поворотным. Я мог встать, подойти и сказать: «Дай глянуть», но доверие ослабивало мою решительность.
Глава 2. Странный звонок
Ближе к вечеру, заступая на дежурство, получил странный звонок. Скорая не оставляет времени на личную жизнь — выезды без перерыва: инфаркт, падение, пьяная драка.
Вечером раздался звонок с незнакомого номера. Сначала сбросил, но через минуту ответил.
— Дим, привет, — раздался спокойный мужской голос. — Я Сергей.
— Что вам нужно?
— Поговорим о Лене. Она твоя жена.
Я замер. Напарник толкнул в плечо: «Димыч, бабка синеет!»
— Я перезвоню, — бросил я, отводя взгляд.
— Не перезвоните. У нас с Леной роман уже три месяца, — сказывается в трубке.
Тишина. Бабушка на носилках что-то бормотала.
— Ты с ума сошел? — с трудом произнес я.
— В своём уме. Она говорит, что уходит к Маринке. На самом деле — ко мне.
Я сбросил звонок, руки тряслись. Не от холода, а от стресса. Сказал напарнику забирать бабушку, а сам вышел на улицу в попытке переварить информацию. Звонил Ленке — её голос всегда звучал счастливо.
— Привет, — отвечала она. — Ты чего? Скучаешь?
— Где ты сейчас?
— На работе, — ответила она.
На четвертый гудок я дал себе слово не перезванивать.
Глава 3. Следы неверности
На следующий день оказался в сумбуре. Прошло время, и я не отправился по указанному адресу. Задумался, нужно ли вообще это видеть.
Но, собравшись с мыслями, решаю проверить её сумку. Да, это было неправильно, но на тот момент это решение казалось логичным.
В сумке нашел чек из прачечной. Мы даже никогда там не были. Она тайком оставляла следы своей неверности.
Набрав адрес с чека, увидел, что это всего в пяти минутах от адреса, по которому шла к «Маринке». Эти детали не давали покоя.
Заглянул в историю перемещений её телефона. Прозвенел колокольчик — три дня в неделю она была там, где не должна была быть.
Ленка заявила, что идет к подруге «помочь с ремонтом». Вопрос о новой «сестре» всё больше становился на повестке.
— Лен, а не подруга ли теперь у тебя на Ленина живёт?
Тишина.
— Что? Не знаю, она на Октябрьской, — ответила она.
Теперь в голове шевелились мысли, что точность геолокации может быть чего-то стоит. О, удивительно, и она это прекрасно знала.
— Смысл? — выпалил я.
Она сбросила вызов.
Глава 4. Разговор на кухне
Ночь принесла тишину и темноту. Мы встретились возле стола, как когда-то. Я сидел, глядя в стену.
— Кто он? — спросил я.
— Серёжа, — произнесла она тихо.
— У вас три месяца, так? — моя душа разрывалась.
— Три с половиной, — ответила она, осознавая всю тяжесть слов.
— Зачем? Мы же строили планы.
— А ты только работал, — ответила она с горечью. — Мы не говорили по-настоящему два года.
— Я всегда тебя замечал, но не осознавал, что пропускаю.
Она не заплакала. Лишь усталость в глазах. И вдруг вся жизнь, все надежды рухнули.
— Да, — сказала она. — Я хотела чувствовать себя живой.
Взгляд был тяжелым, она отвернулась. Все знаки указывали лишь на одно: пустое место на кухне и вернуться уже не получится.
